Меню



Валерия Сильченко,
Помощник адвоката

- Абонент временно на карантине. Пожалуйста, поставьте позже

25.05.2020
Опубликовано: журнал "Юрист". - 2020. - No 5.
30 января 2020 г. Генеральный директор ВОЗ объявил, что вспышка коронавирусной инфекции COVID-19 (далее – COVID-19) соответствует критериям чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение [1].

В ряде стран в связи со сложившейся эпидемиологической обстановкой существует риск невыполнения договоров. Что касается договоров перевозки грузов, то это в первую очередь срыв сроков поставки.

Грузоперевозки не останавливаются, но пропускная способность пограничных пунктов значительно снижена. Из-за этого происходят задержки и срывы поставок товаров, за которые приходится платить пени, штрафы, возмещать убытки покупателям.

Судам предстоит разобраться с тем, что привело к срыву сроков поставки. Для этого необходимо ответить на следующие вопросы:

  1. Является ли COVID-19 основанием для освобождения от ответственности за срыв срока поставки?
  2. Наступает ли ответственность в связи со срывом поставки из-за COVID-19?
Является ли COVID-19 форс-мажором?

На сегодняшний день юристы всего мира не пришли к единому мнению относительно того, можно ли признать COVID-19 форс-мажором.

Существует мнение, что такая возможность есть. Для этого необходимо учитывать обстоятельства конкретного дела, условия договора, применимое право, а также подход органа по разрешению споров, который рассматривает или будет рассматривать правомерность применения форс-мажора.

Нормы международного права определяют форс-мажор как препятствие вне контроля стороны, то есть препятствие, которое нельзя было ожидать и учесть при заключении договора [2].

Гражданский кодекс Республики Беларусь (далее – ГК) предусматривает, что <...> лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение обязательства невозможно вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств [3].

Таким образом, ни международное право, ни белорусское законодательство не дают четкого юридического определения понятия «обстоятельства непреодолимой силы» и ограничиваются лишь перечислением его признаков.

Следовательно, чтобы обстоятельства считались форс-мажором, они должны быть чрезвычайными (исключительными, не предусмотренными обычным ходом дел) и непредотвратимыми (неизбежными, которые нельзя предотвратить или устранить).

Наличие обстоятельств форс-мажора освобождает сторону, не исполнившую обязательства/исполнившую их ненадлежащим образом, от ответственности. Однако договором может быть предусмотрено, что наличие форс-мажора не освобождает сторону от ответственности.
Справка
Перечень обстоятельств непреодолимой силы не носит исчерпывающий характер. Стороны могут внести в договор собственную формулировку форс-мажора, что облегчит его толкование на случай разбирательства в суде или арбитраже.
Кроме того, необходимо отметить, что в соответствии с ч. 2 п. 7 постановления Пленума ВХС Республики Беларусь от 21.01.2004 № 1 к чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельствам (обстоятельствам непреодолимой силы) не относятся, в частности:

  1. нарушение обязанностей контрагентом должника;
  2. отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров;
  3. отсутствие денежных средств в связи с открытием кредитной линии в будущем [4].
То есть, если сторона по делу является посредником и из-за форс-мажора не исполнила своих обязательств перед конечным покупателем, это не освобождает данную сторону от ответственности. При этом добиться компенсации таких убытков у поставщика маловероятно, так как сторона по договору вправе найти альтернативного поставщика для минимизации убытков перед покупателем.

Так, в решении по делу между РУП «Б» (покупатель) и ОАО «П» (поставщик) экономический суд пришел к выводу, что ненадлежащее исполнение обязательств ответчиком, связанное с нарушением обязательств его контрагентом - третьим лицом, не расценивается как чрезвычайное и непредотвратимое обстоятельство.
Оговорка о форс-мажоре

Условия договора, как правило, включают положения о форс-мажоре с перечнем фактов, которые стороны признают форс-мажором, и правовыми последствиями их наступления.

Если договор не содержит положения о форс-мажоре, то нарушение договора из-за COVID-19 можно попытаться обосновать по Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (далее – Венская конвенция 1980 г.).

Так, ст. 79(1) Венской конвенции 1980 г. устанавливает, что сторона не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств, если докажет, что оно было вызвано препятствием вне ее контроля и что от нее нельзя было разумно ожидать принятия этого препятствия в расчет при заключении договора либо избежания или преодоления этого препятствия или его последствий.

Таким образом, сторона по договору международной купли-продажи товаров может аргументировать наступление ситуации форс-мажора следующим образом:
  1. COVID-19 или соответствующее распоряжение властей государства являются препятствием вне ее контроля;
  2. стороны не могли принять COVID-19 в расчет при заключении договора (актуально для договоров, заключенных до вспышки COVID-19);
  3. в определенных случаях избежать или преодолеть COVID-19 или распоряжение властей государств, принявших меры по карантину, было невозможно.

Однако в ситуации, когда совершить поставку было возможно, но такая поставка оказалась сложной либо дорогостоящей, например, ввиду необходимости искать альтернативные маршруты в объезд закрытых регионов, то с большой долей вероятности это будет квалифицироваться как «затруднение» и будут применяться последствия, связанные с указанными затруднениями.
Процедура признания форс-мажора

Стороны чаще всего самостоятельно прописывают в договоре орган, в который будут обращаться за подтверждением наличия форс-мажора.

Традиционно выполнение функций по свидетельствованию факта наличия обстоятельств непреодолимой силы относится к компетенции торгово-промышленных палат или аналогичных им органов. Так, за Белорусской торгово-промышленной палатой (далее – БелТПП) закреплено исключительное право свидетельствования обстоятельств непреодолимой силы [5].
Справка
Процедура свидетельствования обстоятельств непреодолимой силы не является ни судебной, ни административной. Эта процедура является разновидностью экспертизы по документам, в результате которой устанавливается наличие правоотношений, ход исполнения обязанностей участниками и причины ненадлежащего исполнения этих обязанностей [6].
Для начала процедуры свидетельствования обстоятельств непреодолимой силы заинтересованное лицо должно представить письменное заявление. В заявлении должны быть указаны:
  1. дата и номер договора, обязательства по которому не исполнены или исполнены ненадлежащим образом;
  2. хронология действий сторон при исполнении обязательств по договору;
  3. событие, послужившее причиной неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств.
Заявление должно быть подписано надлежащим лицом – руководителем стороны по договору или же уполномоченным на это лицом.

К заявлению необходимо прилагать документы, подтверждающие наличие договорных отношений и наступление обстоятельств непреодолимой силы. В частности, следует приложить надлежаще заверенную копию договора, копии спецификаций, справку об объемах выполненных обязательств по договору и др. [7].

Справка
БелТПП делает свои выводы по представляемому запросу(ам) только на основании документов (сведений), подаваемых в БелТПП в одностороннем порядке заявителями и определяемыми ими как надлежащие и достоверные. Поскольку заявителями являются лица, не исполнившие надлежащим образом свои обязательства перед контрагентами, они несут полную ответственность за правильность и достоверность представляемых документов (сведений) и последствия возможного оспаривания (обжалования) выводов БелТПП участниками правоотношений и иными лицами [8].
За свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы и выдачу БелТПП заключения взимается плата в соответствии с устанавливаемыми тарифами.

Стоимость такой услуги в условиях распространения инфекции, вызванной коронавирусом COVID-19, для предприятий, которые не являются членами БелТПП, составляет 390 белорусских рублей. Если же предприятие является членом БелТПП, то такая услуга оказывается бесплатно.
Справка
Выдача БелТПП заключений о наличии непреодолимой силы по обстоятельствам, возникшим при исполнении договоров в связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией в мире, для предприятий - членов БелТПП является бесплатной.
Для предприятий (организаций), не являющихся членами Палаты, при оказании данной услуги применяется скидка 50% от действующего тарифа [9].

Оформление заключения производится в порядке и сроки, предусмотренные правилами делопроизводства в БелТПП. БелТПП свидетельствует обстоятельства непреодолимой силы в соответствии с условиями внешнеторговых сделок и международных договоров Республики Беларусь в договорных отношениях между белорусскими контрагентами.

Если договором не предусмотрена необходимость подтверждения наличия обстоятельств непреодолимой силы свидетельством торгово-промышленной палаты, то предоставление такого свидетельства необязательно. Однако рекомендуется получить такое свидетельство для дополнительного подтверждения наличия обстоятельств непреодолимой силы.
Позиция БелТПП относительно того, является ли COVID-19 обстоятельством непреодолимой силы

25 марта 2020 г. БелТПП разъяснила, что «коронавирус или возникшие в его связи эпидемия и пандемия сами по себе не могут являться обстоятельствами непреодолимой силы, но таковыми могут признаваться ограничительные и другие меры, направленные на предотвращение распространения коронавируса и его последствий и возникшие после заключения конкретных договоров» [10].

С точки зрения БелТПП сам COVID-19 являться форс-мажором (обстоятельством непреодолимой силы) не будет, однако предпринятые в связи с ним меры (например, карантин, закрытие границ, запрет экспорта определенных товаров) могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы.
Справка
Если ограничительные меры приняло иностранное государство, наличие обстоятельств непреодолимой силы подтвердят сертификаты о форс-мажорах, выданные уполномоченными организациями этих государств. Например, если ограничительные меры приняло правительство Китая, то подтверждать обстоятельства непреодолимой силы будут соответственно сертификаты китайского Совета по содействию международной торговле.
Важно отметить, что наличие форс-мажора в каждой конкретной ситуации определяется индивидуально, исходя из условий договора и тех обстоятельств, которые препятствуют его исполнению. Таким образом, даже если COVID-19 или предпринятые в связи с ним меры будут признаны форс-мажором, то последний не дает оснований для неисполнения или прекращения договора.
Является ли COVID-19 существенным изменением обстоятельств?

Некоторые юристы высказывают предположение о том, что COVID-19 можно отнести к существенному изменению обстоятельств (hardship). Существенное изменение обстоятельств часто путают с форс-мажором, поскольку они имеют общие черты. Однако в отличие от форс-мажора при существенном изменении обстоятельств изменение обязательств по договору остается относительно возможным, но крайне обременительным для другой стороны.

Существенное изменение обстоятельств регулируется ст. 421 ГК, которая предусматривает, что изменение обстоятельств признается существенным, если они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Например, снижение спроса в результате ограничений, возникших в связи с COVID-19, может расцениваться как существенное изменение обстоятельств, в результате которого сторона лишается того, на что вправе была рассчитывать при заключении договора.
Наступает ли ответственность за неисполнение обязательств?

Если груз не был доставлен или был доставлен не вовремя, то отправитель (заказчик перевозки) имеет право обратиться в суд и потребовать взыскать пеню (штраф). При этом заказчику предстоит доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения договора перевозчиком, наличие и размер убытков, а также причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением договора и убытками.

При наличии форс-мажора взыскать неустойку, убытки с контрагента маловероятно, поскольку при наличии обстоятельств непреодолимой силы он вправе рассчитывать на освобождение от ответственности на весь период действия форс-мажорного обстоятельства. Вместе с тем полагаем, что есть шанс потребовать компенсации убытков, если контрагент не уведомил или уведомил несвоевременно о форс-мажорных обстоятельствах и об их влиянии на исполнение по договору; или если контрагент не принял все возможные меры для минимизации ущерба стороны, пострадавшей от такого неисполнения.

Международный арбитражный суд при БелТПП постановил, что если стороной по международному договору купли-продажи не предприняты меры по извещению другой стороны о наступлении форс-мажорных обстоятельств в разумные сроки и не представлены доказательства того, что от нее нельзя было разумно ожидать принятия мер по избежанию или преодолению этого препятствия или его последствий, она не может быть освобождена от ответственности в силу ст. 79 Венской конвенции 1980 г. [11]

По договорам международной купли-продажи сторона обязана известить другую сторону в разумный срок с момента, когда ей стало или должно было стать известным о препятствии в исполнении обязательства. В противном случае последняя сторона несет ответственность за убытки, являющиеся результатом того, что такое извещение получено не было.

Доказать, что именно последствия экономического кризиса (вызванного, например, принятыми государствами по причине COVID-19 ограничительными мерами) стали причиной невозможности исполнения договорных обязательств, довольно сложно. Также судебная практика не дает ответа на вопрос, можно ли изменить или расторгнуть договор, ссылаясь на экономический кризис как на обстоятельство непреодолимой силы. Экономический кризис как довод в суде чаще всего является несостоятельным.

Например, при разрешении спора между резидентом Российской Федерации и резидентом Республики Корея (покупателем) с учетом содержания форс-мажорной оговорки в контракте и ст. 79 Венской конвенции 1980 г. Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате Российской Федерации была признана необоснованной ссылка покупателя, не оплатившего поставленный ему товар, на экономическую ситуацию в Республике Корея. Покупатель объяснял задержку в платежах кризисом на финансовом и фондовом рынках своей страны [12].

В деле по иску проектного унитарного предприятия «О» к ЗАО «Б» суд не принял во внимание доводы истца об ухудшении финансового состояния, сокращении численности работников предприятия, невыполнении контрагентами обязательств по оплате выполненных работ, расторжении заключенного в 2016 г. договора [13].

Таким образом, суд посчитал подобные ситуации предпринимательскими рисками.

Также существенное изменение обстоятельств может являться основанием для снижения размера неустойки за неисполнение обязательств, предусмотренных договором. Однако, в отличие от форс-мажора, существенное изменение обстоятельств не освобождает сторону в полном объеме от ответственности за нарушение условий договора.
Расторжение договора

Расторгнуть договор в случае форс-мажора возможно, только если это прямо предусмотрено договором. Так, при отсутствии данного положения в договоре расторгнуть договор становится в разы сложнее, поскольку сам факт форс-мажора не прекращает обязательства по договору, а продлевает срок их исполнения.

В отличие от форс-мажора обстоятельство непреодолимой силы является основанием для расторжения договора. Кроме того, сам договор может быть изменен для приведения его в соответствие с изменившимися обстоятельствами, что возможно в исключительных случаях (например, расторжение договора повлечет такой ущерб для сторон, который будет превышать затраты на его исполнение в случае внесения изменений).

Таким образом, очевидно, что в настоящий момент основные проблемы из-за COVID-19 связаны с серьезными задержками в поставках и порчей грузов с особыми свойствами (например, скоропортящиеся грузы). На сегодняшний день практика по делам, связанным с последствиями COVID-19, в экономических судах отсутствует. В связи с этим важно собрать максимальное количество доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, а также своевременно уведомлять контрагента обо всех обстоятельствах, препятствующих исполнению договора.

Если стороны не достигают согласия, то заинтересованная сторона вправе обратиться в суд.
[1] Заявление по итогам второго совещания Комитета по чрезвычайным ситуациям в связи с коронавирусом.

[2] Статья 79(1) Венской конвенции 1980 г., ст. 7.1.7.(1) Принципов УНИДРУА.

[3] Часть 3 ст. 372 Гражданского кодекса Республики Беларусь.

[4] Абзац 2 п. 7 постановления Пленума ВХС от 21.01.2004 №1 «О некоторых вопросах применения норм Гражданского кодекса Республики Беларусь об ответственности за пользование чужими денежными средствами».

[5] Статья 20 Закона «О торгово-промышленной палате».

[6] Статья БелТПП про освидетельствование обстоятельств непреодолимой силы.

[7] Статья БелТПП про освидетельствование обстоятельств непреодолимой силы.

[8] Статья БелТПП про освидетельствование обстоятельств непреодолимой силы.

[9] Информация на 25.03.2020.

[10] Статья БелТПП про освидетельствование обстоятельств непреодолимой силы.

[11] Решение МАС при БелТПП от 29.10.2002 по делу № 313/08-02.

[12] Решение от 15.11.1999 по делу N 259/1998 / Практика Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации за 1999-2000 гг. - М.: Статут, 2002. - С. 172–173.

[13] Решение экономического суда г. Минска от 26.12.2016 по делу № 26-5/2016.
Валерия Сильченко, помощник адвоката АБ "Лекс Торре"
Валерия Сильченко,
Помощник адвоката
info@lextorre.com
Тел. +375 17 25 090 26

Еще о форс-мажоре:

У Вас есть вопросы и
нужна качественная юридическая помощь?

Обращайтесь!